«Кафкаэск»: «Все наши треки задумывались как сексуальные медлячки, но каждый раз что-то идёт в другую сторону»

Когда в 2016 году на репточке на Курской в одной комнате играли Паша, Леша из CL и Родион из группы «Грунт», по кругу прогоняя кавер на «Junk» от NoMeansNo, в другой – проходила одна из последних репетиций Jaunt с Тимуром и Гришей в составе. Услышав играющий из соседней комнаты кавер, они предложили ребятам сделать совместный концерт. Совместного концерта не случилось. Зато случился «Кафкаэск».

 

 

— Начать хочется с мыслей о вашем творчестве. Мне показалось, что и первую, и вторую работу пронизывает довольно безысходное чувство и злость на весь мир. Это ваши личные переживания повседневности?

Паша (бас-гитарист): На мой взгляд, у нас не так всё безнадёжно, на десяток треков всё же найдётся несколько лучезарных рифов и пара жизнеутверждающих басовых соло. Повседневность источает все мыслимые и немыслимые эмоции сразу, и какие-то из них проявляются в музле «Кафкаэск», другие находят выход в иных наших проектах или ещё каким-то способом. Вообще, то, что агрессия, которая естественным образом копится в каждом субъекте как реакция на внешние раздражители, выражается в творчестве, а не в физическом насилии, например, уже очень оптимистично само по себе

 

— «Кафкаэск» ведь не первый музыкальный опыт для вас. Чем, по-вашему, музыка «Кафкаэск» отличается от всего, что вы делали до этого?

Паша: Разные люди в принципе по-разному думают и играют, совместная творческая деятельность становится новым опытом для каждого из участников независимо от бэкграунда и при удачном стечении обстоятельств выливается в уникальный результат. В этом причина всех отличий, в этом же и интерес участвовать в различных движухах и не ограничивать себя чем-то одним.

 

— Долгое время вы выступали на небольших площадках, деля сцену с друзьями. Потом случился Faces&Laces. Какие впечатления от выступления на таком крупном событии? Что-то вам дал этот опыт?

Паша: На фесте было несколько сцен, и мы играли на той, что была организована нашими друзьями из крутейшего московского бара Punk fiction. Чуваки очень кайфово её оформили – на парковке торгового центра поставили классный звук и собрали отличную компанию: помимо нас играли Rooftops и «Спасибо». К тому же на тот момент у нас не было постоянного барабанщика, и нам помог Даня Оплачкин, турбочел и турбомузыкант. Когда-нибудь выложим полный лайв оттуда, если человек, который до сих пор всё это монтирует, выйдет из нирваны. Арсений, знай, мы в тебя верим, ты ещё нужен нам в этой затхлой действительности.


— Нагуглила переводы слова kafkaesque. Большинство вариаций этимологии подразумевает что-то «похожее на произведения Кафки, где царит безысходность и абсурд». Это близко к вашему восприятию жизни и мира, или в названии заложена другая идея?

Паша: Мне нравится это слово тем, что для читавших Кафку оно имеет большой смысловой объём, не умещающийся в два или три эпитета. А для тех, кто Кафку не читал и не понимает, о чём речь, оно просто звучит и выглядит ебануто. И в том, и в другом случае канает.

 

— Расскажите про клип «чек чек». Вы назвали его «социальным клипом на остросоциальный трек или наоборот». Что вы в него вкладывали?

Паша: Мы вложили в него желание славно поугарать в первую очередь. Режиссером видео выступила наш теневой продюсер и менеджер по опасным связям с общественностью Маша Радова. Она придумала идею, собрала людей с необходимыми навыками и организовала целиком весь съёмочный процесс. Рекомендую обращаться к ней всем, кто хочет бюджетно и весело снять крутой клип с нестандартным замыслом без идиотских заезженных шаблонов, зато с перспективой удаления из ютуба. Последнее не обязательно, хоть и почётно.

 

— Сейчас можно заметить, как артисты используют свою публичность и аудиторию, чтобы продвигать свои ценности и идеи. На ваш взгляд, музыкантам стоит как-то влиять на общество, будучи лидерами мнений? Или каждый делает, что хочет?

Паша: Независимо от своих намерений артист влияет на общество и транслирует свои взгляды и ценности посредством творчества, пишет ли он книги про инопланетян или песни про наркотики и беспорядочные половые связи, а в числе ценителей его произведений всего два человека, среди которых его батя. Но, очевидно, чем больше социальные и политические явления вызывают эмоций в конкретном индивиде, тем чаще и острее они будут служить непосредственным вдохновением для его творческого акта. И если ты сочиняешь мелодраматическую балладу, попутно наблюдая, как мусор пиздит задержанную девушку, это так или иначе отразится на итоговом варианте песни. Все наши треки изначально задумывались, как сексуальные медлячки, но каждый раз что-то идёт в другую сторону.

Паша. Фото: 21 OBSESSIONS

— А вам вообще близка социальная и политическая повестка? Например, не берем во внимание то, что вы музыканты, просто как люди интересуетесь современной движухой, политикой и происходящим в стране?

Паша: Turn on to politics, or politics will turn on you. По-моему, сейчас ты не спрячешься от этой темы даже при всём желании, если остаёшься в городе и поддерживаешь коммуникацию с живыми людьми. Мы живём в стрёмную и интересную эпоху неизбежного с точки зрения исторического процесса формирования политически ответственного гражданского общества. Это происходит трудно и болезненно, неизвестно, когда и чем всё это закончится, скорее всего, каким-нибудь пиздецом, но это бодрит.

 

— Как происходит работа над музыкой в коллективе? Мозговой штурм или у каждого своя зона ответственности?

Паша: Разделение зон ответственности достаточно условное, в процессе сочинения мы обсуждаем партии друг друга, возникающие споры решаем по обстоятельствам уговорами, шантажом, подкупом, поножовщиной. Пока что это работает.

 

— Кого из сегодняшней сцены можете отметить? С кем нравится делить сцену?

Паша: Святая троица московского ломанного рокенрола: Mad pilot, Джрс, Eeva. Тоскую по мальчишкам и девчонкам из выдающихся ансамблей CL и Churchella. В питере тоскую по «Старпауэрс» и люблю «Калигулас ганс» и «телеэкран» тоже.

Нина (барабанщица): «Телеэкран», «Увула», Wowod, Morenist, Ishome, smootha. Так сложилось, что меня больше тянет к питерской сцене.

Нина. Фото: 21 OBSESSIONS

— А чего, по-вашему, не хватает отечественной сцене?

Паша: На мой взгляд, всего хватает, сцена бурлит и варится, всё сочится и обменивается выделяемыми жидкостями, происходит нормальный эволюционный процесс. И даже повышенное внимание половых органов власти к происходящему является фактором роста, потому что действие рождает противодействие, третий закон ньютона сильнее любой статьи административного и уголовного кодекса.

Нина: Трудолюбия и терпения. Из того, что наблюдаю лично я, мне кажется, что в большинстве случаев коллективы стоят на месте или распадаются, потому что не занимаются собой: для кого-то предел – репетиции, кто-то расслабляется после записи. Но я считаю, что после записи начинается самое тяжелое – продажа (паршивое слово) своего творения. Кажется, что около 90% музыкантов после записи выбрасывают свой диск с корабля в море, в надежде, что проплывет кит и фонтаном поднимет его к небу.

 

— Какие планы у «Кафкаэск» дальше?

Паша: Сгонять в пару туристических поездок и записать зимой что-нибудь костоломное.

 

Полина Агеева

Тэги: ,