Взгляд в прошлое: «Пик Клаксон»

Омский гаражный рок, двадцать лет будоражащий местную подпольную сцену под разными клаксонистыми названиями: «Суперклаксон», «Пик и Клаксон», «Пик Клаксон». Всё это — история двух братьев Олега «Пик Бэби» и Жени «Эжен Клок» Лищенко, начавшаяся в одной сибирской хрущевке, где ребята жили с родителями.

И про эту квартиру можно было услышать немало интересных историй: бесконечные гости, многочисленные жильцы, громкие репетиции и центр омской тусовки, — Летов, Дягелева, Селиванов.

Свой первый альбом «Компот Децибел Дебил Пик-Клаксон — Бесплатно Весь» группа записала в 1895 году и в этом же году к братьям присоединяется выпущенный из психиатрической лечебницы Егор Летов. Летов стал ударником в антифашистском проекте, который они парадоксально назвали «Адольф Гитлер».

Доводящий до абсурда принципы тоталитарной идеологии текст, остервенелые вопли «Эй, брат любер! Где твой кастет?!», мощная энергия, искусственный аплодисменты и объявления песен для ощущения живого выступления — так звучит их альбом «Лечебница“Live in Omsk 1986”», записанный буквально за пару дней.

 

 

После этого Егор в качестве басиста и  бэк-вокалиста участвует в создании двух новых альбомов «Пик Клаксон»: «Лечебница Для Душевноздоровых» и «С Новым Годом», записанных в полуакустике с блок-флейтой и виолончелью.

Примерно в то же время группа по случайности оказалась участником «Первого новосибирского рок-фестиваля», заменив выступление тех участников, которым было отказано по причине неподходящих текстов, «Аукцыона» и «Звуки Му». Условием для выступления было предоставление своих стихов в срочном порядке для проверки и утверждения, но музыканты не слишком серьезно подошли к вопросу и, значительно сгладив все острые моменты, записали их тут же на коленке, чтобы не пропустить других выступлений. Название тогда по очевидным причинам было решено поменять на «Гражданскую оборону».

«Группу выпустили на сцену в последний день фестиваля. Трио вышло ухмыляясь: Егор сел за барабаны, Эжен вынес бас, Бэб взял гитару наперевес… После первых песен официальным лицам из первого ряда было уже трудно шевелиться: они были уверены, что перед ними настоящие фашисты, которые призывают молодёжь к идеалам, воспетым Геббельсом».

Затем Летов исполнил несколько своих песен, от которых зал совершенно потерял голову, до тех пор, пока после песни «Страна дураков» (в конце которой Летов кричит в зал: «Мне смешно на вас! Страна дураков!») к музыкантом не обратился звукорежиссёр. Фразу «Дружок, после тебя ещё будут выступать группы, тебе что там, похуй наш фестиваль?» можно услышать сохранившейся с того концерта записи.

 

Кто-то после этого говорил, что панк-рок существовал в СССР всего 20 минут, подразумевая именно это выступление. В истории оно осталось как первый концерт «Гражданской обороны», хотя все таки скорее было концертом «Пик Клаксона».

 

Про «Пик Клаксон» есть еще одна занятная история, рассказанная фотографом группы:

«Решили мы у Клаксонов сделать фотосессию. Договорились об этом за неделю к моему увольнению в город. Я всю неделю не спал в ожидании — думал, что одеть, каких хреновин на себя побольше нацепить. Прошла неделя, мне выписывают увольнительную, и замполит меня радует, что он пойдет вместе со мной помогать покупать мне краску для оформления ленинской комнаты, так как я ему втирал, что краски нет и кончился ватман (краску я как фашист безжалостно вылил в раковину, а ватман загасил). Жопа, подумал я, от замполита не отмазаться. Но, слава богу, в те времена тоже были телефоны, только с ручками, как у шарманки. Я позвонил ребятам и сказал, что у меня случился облом, и я пойду в город ‘под конвоем’. А у Клаксонов уже все собрались. Эжен, как самый умный, говорит: ‘Херня, ты ему скажи, что к друзьям за посылкой заскочишь, а он тебя внизу подождет, нафиг ему с тобой тащиться на 5 этаж на пару минут!’. А ВОТ Хрен! Поперся!Дверь открыл Эжен, поначалу остолбенел, потом улыбнулся, ведь замполит был на год меня старше, только что с военного училища, и сильно похож на Гнатюка, который пел по телевизору про барабан, только лопоухий. Летов и Сергеев стояли у зеркала и мазались гуашью для полного колорита. Я поспешил присоединиться к ним, из кухни появился Бэбик попивая чай, бедняга едва не поперхнулся, увидев кроме меня еще военного. По началу перебздели все, но начали фотографироваться. И про комиссара забыли. Он тоже умный — встал за фотоаппаратом перед своими идеологическими врагами. Сергеев, сделав свирепое лицо, вытянул руку и громко так сказал: ‘НЕНАВИЖУ’!!! У летёхи фуражка оказалась на затылке, морда покраснела, пошел пот, видно было, что бздит он не по детски. Это были и ‘Пик и Клаксон’ и ‘Адольф Гитлер’ и ‘Оркестр им. Ярослава Гашека’ и ‘Кайф’.
По дороге в часть замполит говорил, что я его подставил: ежели кто узнает — ему хана, выгонят из всего чего возможно, кастрируют и расстреляют. Моя жизнь перед дембелем стала налаживатся, надо в город — говно вопрос, хоть через день ходи. Главное — чтобы никто не знал куда. 
Спустя 2 года замполит ушел из армии, отпустил хайер и, возможно, создал свою группу. Трубников — если слышишь, отзовись.»

 

 

 

После того новосибирского концерта Летов с Янкой «ударяются в бега», а братья Лищенко с Санкт-Петербурге знакомятся с гитаристом Шурой (Олигофреном) Кобяковым и флейтистом Вадиком Митрофановым, с которыми в 1989 году записывают аж  три альбома: «Приют Святой Цецилии», «Страна Назначения — СССР» и «Ослиная Голова». На Эжена тогда оказала влияние литература и культура Средневековья, поэтому «Цецилия» получилась полной абсурда и ярких образов. «Страна Назначения — СССР» стала попыткой записаться в тяжелом звучании, что было реакцией на частые сравнения с музыкой «Аквариума», а «Ослиная Голова» —  спонтанная музыкальная импровизация на тексты Эжена, позже собранная в альбом. На записи звучат акустический бас, ксилофон и всевозможные дудки, а из открытых во время записи окон можно услышать, как играющие во дворе дети кричат: «Рокеры! Рокеры!».

В Омске «Пик Клаксон» порой называют второй по значимости группой после «Гражданской обороны», но это были группы совершенно разного порядка, летовская социальность и ярость в противовес хиппарскому звучанию и негромкой искренной печали братьев Лищенко. Весной 1990 года «Пик-Клаксон» даёт последнее в Омске выступление — на Всесибирском фестивале «Рок-Периферия — 90» в ДК имени Козицкого. Эжен, по воспоминаниям современников, стоял на сцене изможденный болезнью, строгий и спрашивал публику: «Ну, что вам спеть?»

В июле 1990-го года Евгений Лищенко скончался от внутреннего кровотечения после операции. Группа продолжает существовать как «Клаксон Гам», но, как выразился один из его некогда близких друзей, он после смерти брата «вполне осознанно запрыгнул на паровоз, идущий в пропасть, и регулярно подбрасывал в топку уголька».

Юля Шерстобитова (омский музыкант) рассказывала о пожаре, который случился в доме Лищенко после смерти Эжена при каких-то загадочных обстоятельствах:

«Бэб баловался вовсе не детскими вещами. Написал как-то записку примерно такого содержания: ‘Я продаю свою душу дьяволу, взамен на познание всего на какой-то определенный срок…’ Мистика, но ровно в день, когда закончился срок действия записки, вернее в ночь, у них загорелась квартира. Это было уже после Жениной смерти.

Ленка жила тогда с маленькой Кристиной (Женькиной дочерью) в Омске. И вот они среди ночи прыгали на балкон ниже, а ребенка передавали в соседнюю квартиру за ручки, потому что прихожая вся пылала. Слава богу, все остались живы, только подруга Олега ‘Кошка’ руки сильно обожгла, лежала в больнице долго.

 

Да еще сгорела настоящая кошка, Нюня. Причем погибла геройски, защищая своего котенка: она его прикрыла и вся обгорела дотла, а котенок был совсем нетронутый, видно задохнулся только. Я думаю, Олег много раз искушал судьбу, он был такой беспредельщик по жизни. Женя его хоть как-то сдерживал, а после Олег пустился во все тяжкие…»

Так что  возможно причины были и менее мистические: Олега всё больше занимали наркотики и алкоголь, а в 2004 закончилась и его жизнь, после опознания тела его трагически убитой девушки, он вернулся домой пошел в ванную, прикрутил петлю к батарее, но воспользоваться ею не успел — у него остановилось сердце.

Удивительно как много людей этого поколения закончили так рано и так нелепо: кто-то просто исчез, кто-то покончил с собой, кто-то сгорел от такой жизни, и именно этой жаждой жизни, ее абсурдом и угаром, который непременно когда-то оборвется, и пропитана история этой группы.

 


 

Галла Гинтовт

Тэги: ,