Новая странная Россия — Часть первая: Примеры

В первой части серии статей о современной российской альтернативной музыке Ричард Фостер рассматривает влияние социальной сети VK, силу сентиментальности и процесс создания «нового интернационала». А также показывает примеры. СТОРОНА перевела материал, который был опубликован на The Quietus.

The Quietus – независимое британское издание, которое вот уже более десяти лет выпускает самые разнообразные материалы о западной музыке. Скажем, на the Quietus можно встретить как подробный рассказ об анти-нацистской сцене Дании, так и разбор недооценённых песен Metallica.

 

Shortparis (Маша Кунина)
Shortparis (фото Маша Кунина)

 

Скажи «да» новой эре.

(лейбл Perfect Aesthetics, Москва)

 

«Россия больше». Это замечание, сделанное опытным голландско-российским другом букером, может звучать как очевиднейшая вещь, которая когда-либо говорилась о самой большой по величине стране. Но его основная истина поразит вас тогда, когда вы попытаетесь написать о, казалось бы, многообразной «новой волне» альтернативной и андеграундной музыки, которая в настоящее время создается в Российской Федерации.

Здесь может происходить очень много чего, но недавний рост популярности этой «новой российской волны» был постепенным. Это было вызвано необходимостью оформления виз и дистанцией, в общем не так то просто было привезти кого-то из российской точки «А» в западную точку «B». Несмотря на это, ранние «болельщики», в частности, фронтмен The Membranes и один из создателей Louder Than War Джон Робб, отстаивали живость и кипение московских групп, таких как Lucidvox, fanny kaplan и «Спасибо», когда они впервые появились на фестивалях Tallinn Music Week и Нидерландском Incubate, которого нам теперь очень не хватает. Первоначальные впечатления принесли гедонистические и энергичные группы, чья музыка и поведение на сцене намекали, что их мировоззрение и социальные нормы могут быть поняты только посвященными.

Был ли этот трепет первооткрывателя новым взглядом на давно знакомый русско-западный культурный фокстрот, или же созерцанием молодых музыкантов наслаждающихся возможностью играть в круговороте заграничных фестивалей и площадок? Всё ещё сложно сказать. Несмотря на это, во время пристального наблюдения в течении следующих трёх лет, мы увидели волну умопомрачительных коллективов с не менее яркой, таинственной наружностью, среди них (если назвать хотя бы несколько) артисты вроде SHORTPARIS, «Интурист», Антоха MCCrimson Butterfly, Ninja Glam, «Электрофорез», IC3PEAK, rosemary loves a blackberry, «Спасибо», Interchain, «РыцарныеРыцари», «Бром», Usssy, Mirrored Lips и ГШ / Glintshake. Не говоря уже о бесчисленных лейблах, альтернативных фестивалях и уже довольно широко международно известных фигурах, таких как Кирилл Рихтер, Дмитрий Евграфов, и Kate NV. Дамба прорвалась. Даже предположение об освещении российской электронной и альт-классической сцены вселяет в меня настоящий страх дозами такой мощности, которую мог бы позволить себе только Марвуд (персонаж фильма «Уитнейл и я»).

Эта и последующие части серии были сделаны на основе моей переписки с бесчисленным количеством русских друзей и знакомых, моих периодических наблюдений за группами на Moscow Music Week и MENT, а так же месяцев блужданий на Bandcamp, VK и YouTube. Это, конечно же, не попытка написать историю российской поп и рок музыки. Читателям, которые ждут рассказы о Курёхине или даже о нулевых, придётся поискать их где-нибудь ещё. Этот материал не претендует ни на что большее, чем произвести личное, эмпирическое и очень маленькое впечатление о том, что происходит в российской музыке.

Пример №1. «Удар» – «Удар»

Этот трек создает реальное «ощущение» альтернативной Москвы для меня: мрачная, прочувствованная всепоглощающая электроника, с налётом готической/индустриальной поп-музыки, с влиянием дальнего Востока. «Удар» позиционирует себя как анархистскую хип-хоп группу. Этот проект – ответвление от плодотворного и вдохновляющего электро-дуэта Ninja Glam.

Пример №2. «СОЛЬВЫЧЕГОДСК» – «Дербент +7 (87240) 4-02-14»

«Дарк джаз» — это всеобъемлющее понятие, но русский подход к «жанру» еще более импрессионистский и включает в себя ряд влияний, таких как электро-глитч, джаз-рок и фри джаз, а так же все их мутации. Такие группы, как «Бром», MOSHCHEE и (даже) uSSSy находятся в авангарде. Хороший пример энергии и остроумия этой сплоченной, часто взаимозаменяемой сцены можно услышать с помощью этой минутной абсурдистской выходки «СОЛЬВЫЧЕГОДСКА» с участием могучего саксофониста «Бром» Антона Пономарёва.

 

Сила прессы: «Афиша», VK и «Поколение Боли»

 

Говоря о «Новой странной России», нельзя обойтись без «ВКонтакте». Эта, казалось бы, вездесущая платформа, возникает в каждом разговоре. Фактически, трудно не видеть, что рост (и сопутствующие стили и эстетика) нынешнего урожая российских альтернативных групп связан с драматическими изменениями в том, как фанаты могут читать о поп-музыке и делиться ею. Эти изменения привели к появлению VK. Изначально платформа была подпольным феноменом, ультралибертарианской социальной сетью, скопированной с Facebook, с размещением музыки и видео всех видов. И благодаря широкому распространению (часто пиратской) музыки она также стала платформой для самостоятельного ведения музыкальных блогов, что привело к оспариванию того, что многие считали сдержанной и утвердившейся российской музыкальной прессой.

Своим успехом VK может быть обязана инициативам другому (в настоящее время авторитетному и всё более мейнстрим-ориентированному) изданию под названием «Афиша». Эта платформа стала тесно связана с городской хипстерской сценой России в конце 2000-х годов. До этого времени доминировали русские версии журналов, таких как Rolling Stone, что создало зеркальное отражение альтернативной сцены, которая воспроизводила, в основном, западные рок-стереотипы, например, пение на английском*. Примерно в 2013-м году«Афиша», наряду с другими СМИ, постепенно стала отстаивать идею использования местными исполнителями текстов на русском. Сейчас уже невозможно определить, было ли это вызвано более широким нетерпением к усталому старому западному рокизму, растущим интересом к российской альтернативной поп-истории, аморфной, низкоуровневой формой культурного национализма или простой экономической целесообразностью охвата более широкого круга читателей.

Тем не менее, это стало тенденцией (даже при том, что многие все равно тяготеют к классическим рок стилям, таким как пост-панк), в дальнейшем получившей форму московского фестиваля «Боль», который был тесно связан с блестящими гитарными русскоязычными группами, такими как «Спасибо» и «ГШ»/Glintshake. Организатор Moscow Music Week Степан Казарьян считает название «Боль» ироничным, отражающим дилемму нынешнего поколения – решительно гедонистического и полностью соответствующего «образу жизни 21 века», неотличимого от образа жизни их западных сверстников, но каким-то образом неспособного отмахнуться от мировой скорби, что также отражает и сентиментальный взгляд на недавнюю историю России. Другой создатель нынешнего тренда – клуб «Ионотека» Александра Ионова в Санкт-Петербурге, давний и обычно поддерживающий главным образом русскоязычные DIY-группы. Печоринский пофигистский стиль «Ионотеки» быстро приобрёл популярность благодаря VK, выпуская поток резких, саркастичных и дико гедонистических подростков, охватывая постмодернизм, пост-иронию и lo-fi пост-панк в равной степени.

Стоит помнить, что двадцати-тридцатилетние россияне росли, сталкиваясь с волной террористических актов, экономической неопределенностью, последствиями санкций и растущим социально-политическим давлением. Таким образом, гедонизм и ностальгия не полностью вуайеристские. Скорее они формируют эмоциональный костыль. Когда я спрашиваю о некоторых текстах, мне говорят, что «почти в каждой группе есть хотя бы пара ностальгических песен о том, как быть ребенком / подростком».

Пример №3. «РыцарныеРыцари» – «ТАЙГЕР ФОРС»

Бездельники из молодого московского дуэта, который безобразничает с педалями и эффектами, как будто от этого зависит их жизнь. Их очень инклюзивный мир охватывает всевозможные вещи: от причуд в духе Уайетта/Gong (то, о чём я говорил выше) до полномасштабных выпадов в стиле NoMeansNo. Барабанщик — настоящий рок-безумец.

 

Назад в VK…

 

Несмотря на то, что власти и связанные с ней органы ограничивают некоторые из наиболее либертарианских проявлений в последние годы (существует постоянный контроль за любой формой «экстремизма»), службы стриминга музыки и видео VK (теперь полностью легальные и открытые для монетизации) вступили в активное взаимодействие с пользователями, постоянно обменивающимися файлами и треками и презентующими свои группы в надежде устроить концерт. Букеры и специалисты по поиску талантов часто признают, ВКонтакте — лучший способ узнать, что происходит на низовом уровне, и, также, самый подробный архив и источник новостей для русских групп на их родном языке. Потратив некоторое время на изучение альтернативного электро/дакрквэйв лейбла, например, Perfect Aesthetics, вы поймёте, что тут происходит. Как сказал один мой друг: «Мы живем в ВК».

Пример №4. «Семь ножей» – «Потерянные образы»

Типично «тревожный» трек из Санкт-Петербурга от новой группы «Семь Ножей». Существует негласное «соперничество» между Москвой и Санкт-Петербургом (назовём пока так), передразнивающее классическую схему противостояния, развернувшееся вокруг культурного разрыва Ливерпуля и Манчестера, разыгравшегося более 30 лет назад. Эстетика, поведение, вкусы в социо-культурном отдыхе (гм), любимые книги и одежда, даже цвета – всё противопоставлено друг другу. «St Pet», кажется, считает себя более стильным и замкнутым в «рок»-направлении, тогда как Москва идёт до конца, не заботясь о стилистических нелепостях.

Пример №5. Crimson Butterfly – Mycelium

Нижний Новгород, город в пяти часах езды к востоку от Москвы, имеет активную сцену, которая пересекает многие дисциплинарные границы и частично управляется авант-электро «гендерно небинарной парой» Эллен и Сержем Кримсоном, они же Crimson Butterfly. С моей точки зрения, русским музыкантам, подобным Crimsons, кажется, нравится плескаться в более изящных и более абстрактных, или даже более причудливых аспектах электро.

 

Делая послание

 

Теперь о неизбежном и, иногда, удручающем… Эти статьи задуманы, в основном, как музыкальный справочник и, как таковые, настолько аполитичны, насколько это возможно. Однако нельзя отрицать, что определенные политические, экономические и социо-культурные факторы создают особый контекст для альтернативной сцены России. А поп-музыка, благодаря присущей ей выразительности и постоянному потенциалу для самовыражения и идей, часто преодолевает культурные или политические рубежи в Российской Федерации. Среди недавних событий – домашний арест режиссёра фильма «Лето» Кирилла Серебренникова, заключение в тюрьму рэпера Хаски и необузданные столкновения с рэп-дуэтом IC3PEAK.

По моему мнению, помимо того, что они просто не стоят на месте и делают музыку, которая им нравится, многие коллективы (помимо сентиментальности, как в прошлом случае) также проявляют косвенные, но очень умные наблюдения, основанные, преимущественно, на искусстве, или связанные с обыденностью и нерелевантностью повседневной жизни и общественных нравов. Тут можно указать супер-позитивные оды дружбе и веселью группы «Спасибо», ироничный взгляд «Электрофореза» на русский авантюрный капитализм 90-х или блестящие словесные игры «ГШ»/ Glintshake на такие темы, как джентрификация или плохой провинциальный дизайн. Другие же переезжают за границу и подключаются к русской диаспоре, чтобы лучше выражать своё мнение, особенно в таких городах, как Берлин. Также есть те, кто играют с метафорой и тайной, чтобы создать музыкальный театр абсурда. В настоящее время мастерами этого дела являются петербургские Shortparis, которых недавно обозревали на tQ (обзор изобилует историями о психоделизированном Ленине и использовании ими «белой», «красной» и «чёрной» информации), которые тянутся своими корнями к трикстеру 80-х годов Сергею Курёхину. Хотя их последнее видео, «Страшно» показывает более тёмную, более сатирическую сторону.

Нельзя сказать, что нет никакой возможности оторваться по полной. Moscow Music Week 2018-го года показала жгучую и бурную сцену, полную блестящих и умных людей, стремящихся в первую очередь хорошо провести время. Что характерно, это сцена, где вы не увидите нелепого мачо-рока. На самом деле, к выходу готовится статья о первостепенности русских женщин в альтернативной музыке, на уровне владельца клуба, букера, артиста и промоушена.

Пример №6. «Интурист» – «Много недовольных»

Колючий фанк от некоронованного короля «Поколения Боли»: блестяще остроумный сольный проект Жени Горбунова из «ГШ»/ Glintshake и Interchain, обращающегося к Aksak Maboul, внушительному канону русской литературы и современным глитчам в равной степени.

 

Создание альтернативного интернационала?

 

Когда дело доходит до понимания того, что происходит, нельзя избежать или отрицать невероятно всеядную и любознательную природу российского подполья. Людям нравится знать, что происходит с их сверстниками здесь. За последнее десятилетие происходит очень интересный диалог между растущей мобильностью молодёжной сцены, индустрией на Западе и тем, что составляет художественный аспект нынешней российской диаспоры. На самом деле те, кто базируется за пределами России, играют жизненно важную, а иногда и критически важную роль. Многие группы и организации (одновременно стоящие на западе и востоке) проектируют, играют или продвигают идеи России и в других местах; например, Филипп Горбачев, недавно выпустивший потрясающий релиз Centrifuge One: New Dance Sound Of Moscow. Другие берут с них пример и усердно трудятся. Катя Шилоносова (она же Kate NV), родившаяся в Казани, быстро становится международным лидером на российской творческой сцене благодаря многочисленным международным проектам. Так же есть такие группы, как базирующаяся в Берлине Sado Opera,  которая сочетает в себе открытую сексуальность и вычурную театральность. Многие подпольные артисты постепенно начинают создавать свои собственные сети. Яркая московская группа Mirrored Lips –  коллектив, имеющий тесные связи с панк-сообществом Великобритании. А такие проекты, как Crimson Butterfly и аудиовизуальный исполнитель Rosemary Loves A Blackberry, также включены в более широкую европейскую андеграундную музыку и авангардную художественную жизнь.

 

В следующей статье мы расскажем о Москве, расскажем больше историй о «Поколении Боли», о том, как освоить творческое пространство, о бесконечных вечеринках и о том, что на самом деле здесь считается дарк джазом… Спасибо Дмитрию, Лене, Дмитрию, Тане, Борису, Кате Наташа, Сержу, Степану, Маше, Жене, Анастасии, Михаилу, Ингрид, Алексею, Максу, Диане, Александру, Антону, Екатерине и множеству других. Фотографии любезно предоставлены Машей Куниной.

 

*В этот период была создана замечательная, хотя и довольно очевидная музыка. Одним из примеров является группа Pucina, которую я назвал волгоградскими Happy Mondays. Трек «My Imagination» победоносно заканчивается, звуча словно «Orinoco Flow» Enya раскаченный исполненный в духе Screamadelica.

Ричард Фостер (перевод: Денис Карцев, Алексей Боровец)

Тэги: , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,